Черкесские красавицы не выходили замуж официально, они преимущественно становились одалисками, т. е. представлялись на удовольствие пашей и их отпрысков. Разумеется, турецкие жены и матери знали об увлечениях своих мужей и сыновей, и не очень одобряли подобную практику, но, с другой стороны, она давала определенную гарантию того, что мужчины не гуляют «на стороне», не ходят в публичные дома и не заражаются венерическими болезнями. Важно и то, что хозяин дома принимал рожденных от одалисок детей как родных [Parlatir, 1992, с. 179].

В женской части дома, называемой «гарем», находились все жены, одалиски, служанки, дети обоего пола и родственницы супругов. Социальные связи внутри гарема, отделенного от мужского общества, создавали особый мирок с сильной и влиятельной атмосферой: здесь женщины управляли женщинами, искали и пробовали разные способы влиять на внешний мужской мир, определяли характер и методы воспитания сыновей [Toledano,1994, с. 233]. «Впрочем, черкешенки в гаремах живут далеко не так счастливо, как они воображали, — пишет журнал «Нива» за 1871 г. — Им приходится жить взаперти, терпеть от ревности между турчанками, с которыми они никогда не могут сойтись. Эти последние очень строптивые и не прочь восстановить своего хозяина против чужой женщины» [Торг черкешенками в Константинополе, 1871, с. 299].

Подпишись на телеграмм канал. Там больше всего

При входе в помещение, при движении по улице и т.д. вперед пропускали старших по возрасту и рангу – норма, распространенная по всему миру. По прибытию на похороны группы мужчин и женщин первыми во двор пропускали обязательно женщин. В то же время женщине строжайшим образом запрещалось пересекать дорогу мужчине. По установившейся традиции (резко контрастирующей с вниманием, которым женщина была окружена в обществе), она была обязана остановиться за несколько метров до идущего ей наперерез мужчины и, опустив почтительно голову, подождать, пока тот не удалится на несколько метров. Возможно, перед нами патриархальная норма, уходящая своими корнями в древние представления о вредоносной магии, исходящей от физически слабой женщины. Если женщина пересекала дорогу мужчине, это считалось плохим предзнаменованием: казалось, что дело, с которым человек отправился в путь, лишится своей «силы», не будет иметь успеха. Именно так объясняют это правило сами адыги.

Во всех перечисленных случаях тот, кто не соблюдал «этикет дороги» вы- зывал у окружающих неприязнь, как человек плохо воспитанный, неотесанный, никчемный.

То же самое следует сказать и в отношении «этикета приветствий» – сэлам ехыкIэ хабзэ. Здесь все подчиняется определенным, строго установленным правилам, нарушение которых может дискредитировать человека.

Особым правилам подчиняются рукопожатия и объятия в составе приветствий и прощаний. Этикет предписывает здороваться с людьми с серьезным, сосредоточенным выражением лица и относиться к привет- ствию как к священнодействию. Первым после обмена приветствиями протягивает руку старший младшему, мужчина – женщине. При встрече с группой мужчин и женщин сначала надо приветствовать женщин. На это обратил внимание немецкий ученый Карл Кох дважды (в 1836–1838-м и 1842–1843 гг.) побывавший в Западной Черкесии, отметив, что натухайский князь Индароко, выйдя к гостям, «приветствовал, как галантный черкес, сначала женщин и девушек».

Подпишись на телеграмм канал. Там больше всего

Столетия существования Османской империи, когда войны заканчивались не в ее пользу, и живой товар в виде трофея из Африки и Европы постепенно перестал доставляться на невольничьи рынки Стамбула, кавказцы, спасаясь от русских казаков, вольно или невольно становились как поставщиками рабов, так и самим «товаром» для подобных рынков. Из-за затянувшейся войны с черкесами Россия была абсолютно «безразлична» к работорговле между Кавказом и османами [Toledano, 1994, c. 117]. В российской и зарубежной литературе второй половины XIX в. довольно распространенным было мнение о «сильном черкесском влиянии в гаремах, так как все знатные паши имеют у себя самых красивых черкешенок». Однако в русской армии во время военных карательных экспедиций в горы захват в качестве трофея женщин-горянок также стал обычной практикой, а масштабы пленения были настолько большими, что издавались в соответствии с российскими законами специальные указы в отношении горских женщин-пленниц (см.: [Мутиева, 2017]). В первой половине XIX в. русская столичная знать проявляла интерес к кавказским женщинам, покупая их в качестве экзотического товара. «Восточные женщины становились для русских дворян своеобразным финансовым вложением, которых в последующем могли еще и весьма выгодно перепродать. Что касается горцев, то они в период Кавказской войны, используя тактику быстрых маневров, совершали набеги на приграничные станицы и военные городки. Главной целью набега становилось возмездие, а следствием этого — захват пленных, которых затем продавали или обменивали на попавших в русский плен горцев» [Мутиева, 2017, с. 49]. История Российской империи знает немало имен черкесских женщин, ставших женами видных политических и общественных деятелей. Достаточно назвать одно из них — Гошаней (в крещении — Марии) Темрюковны Идаровой, дочери верховного князя и первого дипломата Кабарды Темрюка Идарова. В пятнадцатилетнем возрасте ее выдали замуж за русского царя Иоанна Васильевича (Ивана Грозного). «Летописные источники говорят о поразительной силе жертвенной любви, позволившей ей до самого смертного часа оставаться верной своему безумному мужу, интересам родной ей Кабарды и России» [Алхасова, 2013, с. 80]. Родной брат Гошаней, после крещения ставший князем Михаилом Темрюковичем Черкасским, занял особое место в структуре государева двора как выдающийся военный деятель.

Черкесские девушки находились не только во дворце султана: они также украшали особняки многих высокопоставленных чиновников; приобретение черкесской одалиски и женитьба на черкешенке в то время стали модными явлениями среди знатных пашей, не жалевших денег на их образование и воспитание. Туркам несложно было заметить, что в отличие от женщин других народностей черкешенки обычно избегали дворцовых или семейных интриг, в них не было коварства и жадности, воспитанные в соответствии с восточной патриархальной культурой эти девушки славились как уважительные, послушные и расторопные домохозяйки (см. например: [Dogan, 2010, с. 85—86]). Черкесские женщины, достигавшие успеха в ведении домашних дел, становились нянями, воспитательницами детей и обычно пользовались уважением среди всех членов семьи.

Женщины, купленные на невольничьем рынке и попавшие в частные дома, имели разные статусы: cariye (наложница), halaytk (прислуга), kalfa и kahya (старшие над служанками, присматривающие за их работой), odalik (одалиска), acemi (неопытная прислуга, только что поступившая на службу), dadt (няня); а малолетние девочки могли быть приняты как evlatlik, т. е. приемный ребенок, besleme (девочка, воспитываемая с целью устройства в прислугу), или ahiretlik (девочка, воспитываемая чужими людьми ради получения благословения Аллаха). Хотя эти статусы отличались лишь в деталях, невольницы после рекомендации себя с положительной стороны обычно становились своего рода членами семьи [Ozbay, 2012, c. 4]. Важным доказательством сказанного является традиция выдачи черкешенок замуж, как положено, с приданым. Браки совершались по сватовству со стороны или с прислугой того же знатного дома: с садовниками, поварами и кучерами, в виде приданого, кроме домашней утвари, одежды, украшений, причислялась также некоторая сумма — таким образом, в старости эти женщины не оставались без опеки. Если же они не выходили замуж, то до конца жизни семья отвечала за их пребывание в доме, и лишь в редких случаях они лишались крова и ухода. Например, в романе «Перихан из Аксарая» Суат Дервиш приводит образ пожилой черкешенки Гюльтер, всю жизнь прослужившей в семье главного героя, но с приходом в дом молодой хозяйки вынужденной перебраться в деревню и умереть в нищете.

Подпишись на телеграмм канал. Там больше всего

Жители Лимассола наверняка знают, что к западу от района Закаки, между Ипсонасом и Като Полемидьей, есть небольшое селение Черкез-Чифлик, которое местные жители еще называют Черкези. В частности, в границы этого селения входит большая часть знаменитого пляжа Ледис Майл. В топониме легко различить знакомое название одного из народов Кавказа — черкесов. Действительно ли деревня к западу от Лимассола связана с черкесами и каким образом?

В ходе Кавказской войны, которую Российская империя вела с 1817 по 1864 года, многие коренные жители Кавказа воевали против России. Одними из самых непримиримых соперников русской армии были черкесы. В поэме «Измаил-бей» М.Ю. Лермонтов писал: «Но отдохнуть черкесы не дают; / То скроются, то снова нападут. / Они, как тень, как дымное виденье, / И далеко и близко в то ж мгновенье».

Многие черкесы, которые не готовы были мириться с завоеванием Кавказа русскими, эмигрировали в Османскую империю. Кстати, переселение черкесов в Турцию называется «черкесское мухаджирство», от арабского слова «мухаджир» — переселенец. Мухаджирством вообще в литературе называют целенаправленное переселение мусульманского населения из немусульманского государства, где последователи ислама составляют меньшинство, в мусульманскую страну.

Часть переселившихся в Османскую миперию черкесов нашла прибежище на Кипре. В 1860 году турецкий правитель Никосии предложил Стамбулу перевезти на Кипр 1000-1500 черкесов. Это предложение вызвало озабоченность консулов Франции и США, которые в своих донесениях писали, что прибытие вооруженных и прошедших войну черкесов может вызвать столкновения с местным греческим населением.

В 1864 году султан Абдул Азиз распорядился отправить на Кипр около 3 тысяч черкесов. Кипрские ученые указывают, что такое решение, вероятно, было связано с тем, что как раз во второй половине ХIX века началось возвращение на Кипр местных греков, воевавших за независимость Греции. Турецкие власти, очевидно, рассчитывали с помощью черкесских переселенцев усилить позиции мусульманской общины.

Часть прибывших черкесов поселили в Никосии, а часть — недалеко от Фасури. Именно это поселение и положило начало деревне Черкез-Чифлик, название которой можно перевести примерно как «черкесский хутор». Однако их судьба была печальна. Болотистая местность была очень опасна для здоровья, здесь регулярно случались эпидемии малярии, от которой скоро погибли почти все черкесские переселенцы. Черкесы в Никосии, кстати, тоже не смогли прижиться и, в конечном счете, на Кипре осталось всего около 200 представителей этой народности.

Несмотря на такую короткую историю, в топонимике Кипра черкесы остались навсегда благодаря тому месту, где они жили.

Объятия – обязательный компонент приветствия у женщин, связанных узами родства, дружбы. Мужчины обнимаются с близкими родственницами, а друг с другом очень редко. Специфична техника объятий. У кабардинок они совершаются трижды: налево, направо, затем снова налево. Мужчины и женщины обнимаются только один раз. При этом, как правило, правую руку пожимают почти одновременно с объятием: левой рукой мужчина слегка касается правого плеча женщины (она обращена к нему боком), а правой пожимает ей руку. На Западе Большой Черкесии техника объятий имеет некоторые особенности: бжедугские и шапсугские женщины вместо третьего по счету объятия иногда наклоняются к руке старшей по возрасту женщины, словно для поцелуя. Имитацию поцелуя руки или собственно поцелуй (со стороны женщины) можно заметить также в составе приветствий, которыми обмениваются мужчины и женщины. На западе Большой Черкесии и в Абхазии (у шапсугов, бжедугов убыхов, абхазов) целование руки – одно из проявлений гостеприимства.

Несколько слов об улыбке в составе приветствия. Она приемлема при встрече женщин, а для мужчин менее характерна, так как придает приветствию некоторую фамильярность.

Не принято громко и продолжительно смеяться. Считается, что такой смех портит внешний облик человека, что лицо «искаженное» смехом противоречит эталону красоты. То же самое говорят и о процессе принятия пищи. Движения, производимые при этом, а также издаваемые звуки считаются неэстетичными, не укладываются в представления о красоте и приличиях. Особенно когда это касается женщин. Поэтому женщины едят всегда отдельно от мужчин. Даже своим мужьям жены стараются никогда не показывать, как они едят. В ходе полевых исследований мне постоянно приходилось слышать от уже очень старых женщин, что они никогда не ели и даже не пили воду в присутствии своих мужей, что муж никогда не видел их даже жующими.

Подпишись на телеграмм канал. Там больше всего

Пожимать чью-либо руку слегка, лишь за кончики пальцев, не рекомендуется. Говорят, это признак невоспитанности, недостаточной внимательности, либо проявление недоброго, неблагожелательного отношения. Поэтому обычно рекомендуют: Зи Iэпэ уубыдым и Iэдакъэм нэгъэс – «Здороваясь с человеком за руку, пожимай его ладонь до основания большого пальца». В то же время не следует пожимать руку человека очень крепко, до боли, демонстрируя силу.

Приветствуя большое собрание людей, считается уместным ограничиться установленной словесной формулой и приподниманием ладони правой руки к голове. Прощаясь с группой лиц, положено поднимать точно также обе руки. Приветствуя женщину, всадник обязан был привстать на стременах, а в знак особого уважения к ней – спешиться. По отношению к почетным, знатным женщинам эти правила соблюдались не- укоснительно. Г. Орбелиани писал о кабардинцах: «Если по дороге дворянин или крестьянин встретится с княгиней, то сейчас же, если он верхом, спрыгнет с лошади, поднимет руки наверх (это у них приветствие) и будет стоять,пока княгиня не удалится от него».

В отношение приветственного взмаха правой руки надо заметить, что раньше он почти целиком заменял собой рукопожатие. Судя по свидетельству Хан-Гирея, А. Кешева и других авторов, прикладывание правой руки к головному убору служило обязательным компонентом привет- ствия людей высокочтимых: женщин, гостей, старших по возрасту и рангу. Кажется, этот жест есть не что иное, как сокращенная форма снятия го- ловного убора в знак приветствия – стандарта, зафиксированного у адыгов в XVII–XVIII вв.12. Но скорее всего, это древнейшая форма «дружеского», «мирного» приветствия, которая была воспринята черкесами и абхазами в период их тесного взаимодействия с индоариями.

Подпишись на телеграмм канал. Там больше всего